Афоризмы и цитаты Станислава Ежи Лец

Афоризмы и цитаты Станислава Ежи Лец

116539182_large_image

Станислав Ежи Лец, (1909 -1966 гг.), поэт и афорист

А может быть, твой Бог хотел бы, чтобы ты хвалил его перед другими Богами?
Актриса X сложена так чудесно, что, в каких бы туалетах она ни была, платья на ней не видно.
Апологеты Ночи Длинных Ножей всегда имели вдоволь Длинных Вилок и Длинных Ложек.
Ах, если бы наша смерть уже не застала нас среди живых!
Благоприятные ветры могут, самое большее, задрать юбку у проходящей мимо девушки.
Бог исполняет желания верующих и атеистов. То он есть, то его нет.
Бог не ангел.
Богу Богово, кесарю кесарево. А что же людям?
Большинство имеет определенное мировоззрение, которое определено меньшинством.
Будущее несовершеннолетних преступников сомнительно. Из них еще могут вырасти добропорядочные люди.
Будь внимательней, чтобы не попасть под колесо чьей-либо фортуны.
Бывает, что женщина метит в самое сердце мужчины, отвергнув его остальные части.
Бывает, что не хочется жить, но это вовсе не значит, что хочется не жить.
Бывает, что с гордостью открываешь девственный материк мысли. А потом где-то в лесу находишь пакетик от презерватива.
Бывают эпохи молчания, заваленные до потолка протоколами разговоров.
В зеркале речи часто отражаются обнаженные детородные органы.
В иных государствах царит такая явность общественной жизни, что даже Тайная полиция – явная и видна повсеместно.
В кокетстве молодых девушек много садизма – говорят люди в возрасте.
В мифологии люди выдали свои мысли о том, что бы они делали, будь они боги.
В одних религиях почитают мучеников, в других – палачей.
В перечень мук, которые претерпел наш народ, следовало бы включить обязательное школьное чтение.
В пустую женщину можно вложить много денег.
В своей жизни человек играет лишь небольшой эпизод.
Великих мужей рождают не матери, а Плутархи.
Величие нации должно уместиться в каждом ее представителе.
Верю ли я в Бога? Почему-то спрашивают всегда люди, а Он – никогда.
Вечная загадка не та, у которой вообще нет разгадки, а та, у которой разгадка всякий день новая.
Внимание: ангелы находятся в более близком родстве с сатаной, чем с людьми!
Во всем виноваты евреи. Это их Бог нас всех сотворил.
Во что я верю? В Бога, если он есть.
Возможно, Земля когда-нибудь обезлюдеет из-за неудержимого естественного прироста.
Возможно, наши представления о человеке слишком антропоморфны.
Возможности оперы еще не исчерпаны: нет такой глупости, которую нельзя было бы спеть.
Возможно, я бы не верил так твердо в безграничную жизнестойкость патриотизма, если б не знал, сколь неисчерпаемы залежи ксенофобии.
Война полов ведется традиционным оружием.
Воображение? Его больше всего у онанистов.
Вот ты и пробил головой стену. Что будешь делать в соседней камере?
Все боги состоят друг с другом в родстве через человека.
Все кандалы на свете образуют одну цепь.
Все люди актеры – откуда взять для них репертуар?
Все люди равны. После соответствующей обработки.
Всегда найдутся эскимосы, которые выработают для жителей Бельгийского Конго директивы поведения в тропическую жару.
Высший разряд клакеров: те, кому платят за то, чтобы не аплодировали.
Гарантия мира: закопать топор войны вместе с врагом.
Глядя на нее, невозможно поверить, что у ее души нет такого великолепного бюста.
Горе диктаторам, поверившим, что они не диктаторы!
Графомания будет расти по мере прогресса в области записи косноязычия.
Грехи бывают разного обряда.
Гуманизм переживет человеческий род!
Даже в его молчании были слышны орфографические ошибки.
Даже знак параграфа выглядит как орудие пытки.
Двусмысленности плодят множество смыслов.
Демонтируя памятники, не трогайте постаментов. Они еще могут пригодиться.
Деньги играют в любви второстепенную роль – всего лишь роль платежного средства.
Для лошадей и влюбленных сено пахнет по-разному.
Евнух сказал: «Что мне одна женщина, мне давай целый гарем».
Если Бог вездесущ, любая дорога должна вести к нему.
Если бы козла отпущения еще можно было доить!
Если бы мне пришлось встретить своих убийц на том свете, я предпочел бы жить с ними на этом.
Если бы не то обстоятельство, что человек живет на свете, едва ли его бы интересовала политика.
Если все должно сходиться, что-то должно не сходиться.
Если жена говорит тебе: «У, черт рогатый!» – не принимай близко к сердцу черта, но задумайся над рогами.
Если у народа нет голоса, это заметно даже при пении гимна.
Есть люди, лишенные каких бы то ни было национальных предубеждений. Они готовы драться с каждым.
Еще ни один Бог не пережил утраты верующих в него.
Женщина ночью трехмерна.
Жизнь вынуждает человека ко множеству добровольных поступков.
Жизнь занимает у людей слишком много времени.
Жить вредно. От этого умирают.
За вины отцов нередко награждают лишь сыновей.
И Бог говорил цитатами.
И коза сошла бы за дьявола, будь в ней хоть что-нибудь человеческое.
И кровь можно переливать из пустого в порожнее.
И массы могут чувствовать себя одинокими.
И Мессии с нетерпением ждут своего прихода.
И собака в столице лает центральнее.
И у толпы бывают свои унаследованные фрейдистские комплексы.
Из гусей, которые спасли Рим, наверно, тоже получились отличные шкварки.
Из дома умалишенных вылеченными могут выйти только пациенты, но не врачи.
Из правовых вопросов: до скольких трупов позволено ошибаться?
Имеет ли людоед право говорить от имени съеденных им?
Имеют ли люди без вины моральное право участвовать в дележе добычи?
Иногда сатире приходится восстанавливать то, что разрушил пафос.
Интеллигент! Ведь достаточно просто охаметь, чтобы избавиться от этого обидного прозвища.
Интеллигентны ли нагие женщины?
Интеллигенция – это слой, который предохраняет от хамства.
Иные немеют от восхищения, когда у них вынимают кляп изо рта.
История повторяется, потому что не хватает историков с фантазией.
К тому, кто не проводит реформ, постучит Реформация.
Каждая мысль существует в размерах от гения до кретина.
Каждый зритель приносит в театр свою собственную акустику.
Кажется, дело идет к тому, что Наука откроет Бога. И я заранее трепещу за его судьбу.
Как свежи цвета тех, кто был в тени.
Какие выводы делают из эксперимента кролики?
Когда видишь уравнение E = mc2, становится стыдно за свою болтливость.
Когда хамелеон у власти, цвета меняет окружение.
Когда я говорю сам с собой, последнее слово не всегда остается за мной.
Конец современной сказки: «И если они не были реабилитированы, то живут и поныне».
Кошка с собакой жили душа в душу, но мыши на этом не много выиграли.
Кресло власти сработано не по мерке головы.
Критики занимаются платной любовью к литературе.
Кто был министром культуры в эпоху Шекспира?
Кто верит в чудеса! Но все их ждут.
Кто выбрался на берег на гребне волны, может скрыть, что у него мокро в штанах.
«Кто из вас без греха, первый брось на нее камень». Ловушка. Тогда он уже не будет без греха.
Кто пережил трагедию, не был ее героем.
Легче воскресить народ, чем одного человека.
Легче назвать кого-либо курвой, чем быть ею.
Лжепророки сами исполняют свои пророчества.
Литераторы (обоего пола) слепы как родители: они не отличают своих выкидышей от своих удавшихся отпрысков.
Лицо врага ужасает меня, когда я вижу, до чего оно похоже на мое собственное.
Любовь иногда приходит слишком внезапно и не застает нас в неглиже.
Люди когда-нибудь станут братьями и снова начнут с Каина и Авеля.
Люди, не имеющие с искусством ничего общего, не должны с ним иметь ничего общего. Просто?
Люди, чтобы добиться известности, скрываются под псевдонимами.
Марионеток легче всего превратить в висельников. Шнурки уже есть.
Между Гёте и поэтом X нет никакой разницы. Потому что не может быть никакого сравнения.
Мерой человека является метр.
Мечта рабов: рынок, где можно было бы покупать себе хозяев.
Миф определяет сознание.
Мне снился кошмар: избыток бюрократии в государстве, где недавно ликвидировали безграмотность.
Мне снился Фрейд. Что бы это значило?
Многие страдают комплексом национальной неполночисленности.
Многие триумфальные арки позднее народ носил как ярмо.
Могло быть хуже. Твой враг мог быть твоим другом.
Можно загипнотизировать человека, постоянно поворачиваясь к нему задом.
Можно ли вообразить себе женщину, которая позволила бы своему избраннику 1001 ночь рассказывать байки?
Можно убить человека серпом, можно убить человека молотом. А уж если молотом и серпом…
Молчание нужно слышать в его контексте.
Мы распяты на циферблате часов.
Наверно, каждый хотел бы воскреснуть хотя бы одним чином выше.
Народы, которые представляют собой сумму “я”, мне как-то ближе, чем народы, представляющие собой частицу «мы».
Населить мир людьми легко. Избавить мир от людей легко. В чем же трудность?
Настоящего мужчину видно, даже когда он голый.
Настоящий избранник не имеет выбора.
Наука подтверждает наши ошибочные представления.
Не богохульствуй, если не веруешь!
Не борись с собой – все равно проиграешь.
Не будь снобом. Никогда не лги, если правда лучше оплачивается.
Не все исторические персонажи реальны. Некоторые существовали только в собственном воображении.
Не все поэты разочаровывают там, где начинается проза. Чаще бывает наоборот.
Не жди, девица, любви с заложенными ногами.
Не зная чужого языка, никогда не поймешь молчания чужеземцев.
Не зови ночью на помощь – соседей разбудишь.
Не люблю разговоров специалистов. Но еще больше – разговоров неспециалистов.
Не люблю смеха сквозь слезы – он разбавленный.
Не показывай пальцем – покажи собой.
Не следует верить гадалкам, которые пользуются научными методами.
Невероятный прогресс! Неграмотные стали редакторами!
Незнание закона не освобождает от ответственности. А вот знание нередко освобождает.
Некое существо встало на двух своих задних конечностях, а потом опустилось опять на четыре колеса.
Некролог был бы лучшей визитной карточкой.
Ненавижу одиночество – оно заставляет меня тосковать о толпе.
Никогда не открывай двери тем, кто открывает их и без твоего разрешения.
Никогда не отмечай сходства детей с их отцом: это может вызвать неприятное изумление.
Никто не убедит меня в моей смерти.
Общая платформа – идеальное поле битвы.
Овца, носившая золотое руно, не была богата.
Один содомит возбуждал себя чтением учебника зоологии. Считать ли эту книгу порнографическим изданием?
Однажды я видел живой символ триумфа человека. Он уже стоял над пропастью и писал в нее.
Окно в мир можно закрыть газетой.
Он был верным знаменосцем. Сжимал в руках древко, не отвлекаясь ничем, даже сменой цветов на полотнище.
Он легко находит общий язык с каждым новым попугаем.
Он не закончил своего дневника. Он довел его лишь до момента своей смерти.
Он перекрестился серпом и молотом.
Она была такая неземная, такая воздушная – идеальная возлюбленная на рыбные дни.
Она отдалась ему, но не хотела взять себя обратно.
Они прижались друг к другу так близко, что уже не было места на малейшие чувства.
Они уже стоят на собственных четвереньках.
Оптимизм и пессимизм расходятся только в дате конца света.
Отпечатки перста божия никогда не идентичны друг другу.
Отсутствующие никогда не бывают правы, но очень часто остаются живы.
Отыграв свою роль, актеры сходят со сцены. В театре.
Очутившись на дне, я услышал стук снизу.
Ошибайся коллективно!
Петух, кукарекающий уже в яйце, не годится и на яичницу.
Писатели, чьих книг никто не покупает, быстрее всего продаются.
Помните, творцы, что пантеоны – это кладбища.
Помните: чем выше спрос, тем ниже цена, которую нужно платить за свободу.
Пора расшифровать псевдоним первого человека!
Порою мне кажется, что Творец очарован английской монархической системой: Бог царствует, но не управляет.
Пословицы друг другу противоречат. В этом-то и состоит народная мудрость.
Правду сказать, мы знаем жизнь только по литературе. Разумеется, за исключением тех, кто не знает литературы.
Практичную идею можно использовать и с правой, и с левой стороны.
Преступление – это когда его именуют нарушениями законности.
Преступники обычно находятся по одной из сторон тюремной решетки.
Признайся: ставя на красное и черное, ты никогда не теряешь надежды выиграть на зеленое!
Призрак покойника часто пугает нас в облике своей вдовы.
Просвещайте своих детей сексуально, чтобы потом их не изгнали из рая.
Пуритане должны носить два фиговых листочка на глазах.
Разумеется, я не верю в чудо ночи на святого Ивана Купалу, но если бы вы спросили меня о ночи святого Варфоломея…
Распространять правду можно было бы устно, для популяризации лжи обычно используется большой аппарат.
Рассказывать анекдоты Господу Богу так, чтобы он не угадывал конца, – вот чем стоило бы гордиться.
Реальность не поспевает за комментариями.
Ребенок рождает родителей.
«С евнухами можно говорить долго», – рассказывала одна дама из гарема.
С теми, кто не имел бы права с ними сидеть, женщины часто лежат.
С тех пор как я увидел изображения нашего старого, почтенного Господа Бога в виде пожилого господина с лысиной, я окончательно потерял веру в любые, даже самые лучшие средства для выращивания волос.
Савл стал Павлом. Вечный удел апостолов. Вечный удел евреев. Евреи обычно меняют имена.
Сапог победителя, случалось, принадлежал побежденному.
Сдал переворот на «отлично» и перешел в следующий класс победителей.
Сентиментален ли я? Еще как! Как вспомнишь молодежный цинизм, слезы наворачиваются на глаза.
Скажи мне, с кем ты спишь, и я скажу, кто тебе снится.
Сколько пророков так и не вышли из подполья!
Слабая память поколений упрочает легенды.
Слова плодятся как кролики и пожирают всю зелень мира.
Смерть, помнишь ли ты свое первое кладбище?
Спаситель обрекает себя на повешение на человеческих шеях.
Старички иногда напоминают детей, которые на чужих именинах слишком долго ждут кого-нибудь, кто должен за ними прийти и опаздывает.
Старый лев словно бы обновился. Он обнаруживает все признаки молодого осла.
Сумма множества талантиков дает в результате один гигантский талантик.
Там, где все поют в унисон, слова не имеют значения.
Техника дойдет до такого совершенства, что человек сможет обойтись без себя.
То, что нас можно обманывать снова и снова, внушает мне оптимизм.
То, что человек занимается сатирой, уже разоблачает его как оптимиста.
Толпа орет одной большой глоткой, но ест тысячью маленьких ртов.
Толстокожих раздражает самый тонкий намек.
Толстяки живут меньше. Но едят дольше.
Труднее всего предвидеть чье-либо прошлое.
Трудно Богу доказать свое алиби.
Трудно жить после смерти. Иногда на это уходит целая жизнь.
Трусы должны иметь власть, иначе им боязно.
Ты и сам забудешь о себе после смерти, что же говорить о других.
У Гитлера должны были быть именно такие усики, какие были. Но смотрите! У следующего могут быть кудри и бакенбарды!
У каждого века есть свое средневековье.
У настоящего Колумба должно быть два яйца.
Укрепи тряпку палкой, и многие скажут, что это знамя.
Умершие легко меняют политические взгляды.
Утраченную веру в слово мне вернула цензура.
Факты порой говорят с иностранным акцентом.
X – вечный оптимист. Этим он радует все режимы.
Хватает тем для молчания.
Хочешь скрыть лицо – покажись нагим.
Храбрец: ест из руки тирана.
Цезарей обычно убивают друзья. Потому что они враги.
Цитаты вырывай из себя.
Человек всегда лишь эпигон героев собственных фантазий.
Чем меньше граждане, тем больше кажется империя.
Черепаха должна быть такой твердой, потому что она такая мягкая.
Что такое пессимизм? Результат столкновения двух разных оптимизмов.
«Что тебе напоминает этот старый шлягер?» – спросил я Икса. «Мой первый визит к венерологу».
Чтобы развернуть знамя, нужно пойти против ветра.
Штаны вытираются даже на троне.
Эксплуатация человека человеком? Значит, все по-людски.
Это выдающийся врач: он выдумал несколько болезней и даже сумел широко их распространить.
Этому критику не хватает третьего уха и двух первых яиц.
Этот писатель создал собственную школу, в которой был худшим учеником.
Юмор, пожалуй, единственное изобретение, отличающее людей от скотов и других людей.
Я вас ненавижу! Вы не даете себя возлюбить.
Я верю в неизбежную гибель всех земных организмов – но не организаций.
Я всегда боялся тех, кто требовал власти над душами. Что они делают с телами?
Я всегда был против закрытия гаремов. Дамы включаются в общественную жизнь, но евнухи приобретают слишком большое влияние на нее.
Я знал человека столь мало начитанного, что ему приходилось самому сочинять цитаты из классиков.
Я знаю, откуда взялась легенда о еврейском богатстве. Евреи платят за все.
Я мыслю, что я существую.
Я не интересуюсь политикой, и это отнимает у меня много времени.
Я не могу возмущаться деянием Герострата, пока не увижу архитектуры храма Дианы в Эфесе.
Я снова был в Вене. Как же я изменился!
Афоризм оставляет больше места для человека.
Все уже сказал реби Бен Акиба. Но кое-что из этого конфисковали.
Быть Богом и творить смертных людей?
Настоящий человек состоит из вопросов, настоящий Бог состоял бы из ответов.
Он выразился так ясно, что разум отказывался понимать.
Народ чертыхается истово, он верит в магию слова.
Будущее нужно постоянно вызывать из небытия, прошлое приходит само.
Иные из тех, кто боится взглянуть в глаза будущему, не подозревают, что будущее может показать им зад.
Не всякий умеет танцевать под музыку будущего.
Дату возникновения мира могли бы установить лишь бухгалтеры.
Это ужасно, что вечность состоит из отчетных периодов.
Вера в бумагу носит мистический характер. На ней пишут гарантии вечности гранита.
Вдов некоторых поэтов следует сжигать вместе с их неизданными поэтическими опусами.
Великие должны наклонять небо к людям, не снижая его уровня.
Он верующий, но где-то за подкладкой души мечтает, чтобы и над Богом была кассационная инстанция.
Техника дойдет до такого совершенства, что человек сможет обойтись без себя.
Как видно, в аду есть и вход, и выход, коль скоро можно пройти через ад.
Границы рая и ада подвижны, но всегда проходят через нас.
Жаль, что в рай надо ехать на катафалке!
Чтобы попасть в рай, нужно переплыть Лету.
Порой меня охватывает тревога: а вдруг мы уже в раю?
В раю должно быть все: и ад тоже!
Признайся: ставя на красное и черное, ты все же не теряешь надежды выиграть на зеленое!
Будь альтруистом, уважай эгоизм других!
Не сомневаюсь, ты удивишься, если корова вдруг заговорит по-английски. Но поверь мне: на десятый раз тебя бы уже раздражало ее далекое от оксфордского произношение. Конечно, если бы ты разбирался в этом…
Он антисемитского происхождения.
Он упорно твердит, что еврей он только наполовину! Подтверждаю – самое большее наполовину. Потому что мне точно известно, что он по меньшей мере полукретин.
А бедняжка Гитлер думал, что антисемитизм можно приспособить только к национальному социализму.
На Луне и на Марсе тоже будут астрологи.
Молитесь, астрологи, о беззвездном небе!
Одним и тем же мозгом мыслить и верить?
Атеисты говорят о времени «после рождества Христова» – «наша эра». Странно.
В правилах хорошего тона предусмотрено все, даже как должен вести себя неверующий по отношению к Богу.
Можно ли считать афоризм приговором? Да, по отношению к автору.
Безбожники – это верующие, которые не желают быть ими.
Вечность – временное решение. Пока не определится начало и конец.
Раньше и вечность была долговечнее.
Чтобы не запачкать рук, иногда нужно положить на ладонь банкноту.
Бывает, что наказание порождает вину.
Автор может совершить самоубийство, целясь во вкусы публики.
Государственные харчи человека унифицируют, но государственная водка выявляет немало его индивидуальных черт.
У диктаторов нет силы – у них есть насилие.
Давайте выкрикивать здравицы, а вдруг кто-нибудь выйдет на какой-нибудь балкон.
Факты воображения.
Настоящий враг тебя не покинет.
Нельзя смотреть на врага с омерзением – а вдруг понадобится его сожрать?
Если бы мы стали быстрее времени, мы могли бы стать медленнее жизни.
У нас было бы вдоволь времени, если бы его не существовало.
В настоящей бомбе с часовым механизмом взрывчатым веществом является время.
Хочется сказать художнику: не лги – выдумывай!
Во владениях лжи умирает фантазия.
Есть мысли мужские, женские и неопределенного рода. Последние – не дети двух первых. Обычно их подбрасывают завернутыми в газету.
Для старого Рокфеллера издавали специальную газету, заполненную вымышленными новостями. Некоторые страны в состоянии издавать такие газеты не только для миллиардеров, но для всего населения.
Фабрики гениев есть, но нет поставок сырья.
В проблеске гениальности видишь свою бездарность.
Спектакли истории дешевы: массовый герой получает ставку статиста.
Голод: аппетит, обостренный настолько, что им можно убить других.
Аппетит приходит во время еды, но не уходит во время голода.
В борьбе между сердцем и головой в конце концов побеждает желудок.
Я знал субъекта с абсолютно фальшивым слухом; и если бы он еще подвел под него теорию, то, несомненно, сделал бы эпоху в истории музыки.
Валаамова ослица заговорила человеческим голосом. Иным актерам стоило бы последовать ее примеру.
Пластинки нашей молодости хрипят нашим голосом.
Любовь к родине не знает чужих границ.
Первородный грех был источником славы Божьей – небывалого роста числа верующих.
Я не разбираюсь в женщинах и отличаю их от мужчин только по их полу.
Жаждешь крови? Стань гнидой.
Отвращение к кровопролитию нужно иметь в крови.
Один художник разобрал свою модель на части.
Я ничего не имею против беспредметной живописи, лишь бы был виден субъект художника.
И жизнь – ребячьи забавы, только с настоящим реквизитом.
Жизнь идет по кругу все ближе к горлу.
Боюсь, что смерть лишит нас и загробной жизни.
Прямо не хочется верить, что ложь существовала до изобретения книгопечатания.
Я не завистлив. Я даже могу посетить могилу врага в Аллее Славы.
И бесправие может быть кодифицированным.
Когда мы до конца исследуем космос, окажется, что, будучи здесь, на земле, мы уже были в небе.
Тема диссертации: «Человек в истории человечества».
Будем учиться – может быть, после смерти из нас вырастет древо познания добра и зла.
Граница между светом и тенью – ты.
У бездомных двери распахнуты настежь для каждого.
Дорожные знаки могут превратить шоссе в лабиринт.
Один поклон жрецам значит больше, чем сто поклонов божеству.
Адам и Ева положили начало массовому производству человеческого тела, зато Авель и Каин – души.
Откуда взяться гармонии между душой и телом, если душа всегда готова спасти себя ценой тела?
Какое коварство! Наши незримые души – узницы, и только грубая плоть бегает совершенно свободно.
Глаза – зеркало души. Только чтобы мухи не узнали об этом.
Обладает ли астральное тело душой?
Провидение наставило рога дьяволу.
Рога не мешают дьяволу носить самые разнообразные головные уборы.
Сила дьявола в его ангельском терпении.
Дьяволы бывают двух видов: разжалованные ангелы и сделавшие карьеру люди.
Кто знает, может быть, дьявол упорхнул бы от нас, если бы его окрылили?
Чтобы гарантировать ему мученичество, Бог родил своего сына евреем.
С той минуты, как человек встал на задние конечности, все является позой.
У него были грешные благие желания.
Культура для многих первая потребность, которую не нужно удовлетворять.
Тот, кто смог бы доказать свое происхождение от Спартака, сегодня уж точно не был бы лидером левых, но украшением римской аристократии.
Печально, что литературное произведение не может жить дольше, чем существующий мир.
Будем кратки. Мир перенаселен словами.
Если окажется, что наша логика неверна, все науки станут поэзией.
Мало кто меняет убеждения – меняют идеологии.
Если миф сталкивается с мифом, это в высшей степени реальное столкновение.
Интеллектуальная засуха заливает нас потоком слов.
«Как следует вести себя, – спросил один мой знакомый, – застав у себя дома друга жены в постели с незнакомой женщиной?»
Искусство не могло бы жить даже без того человека, который мог бы обойтись без искусства.
Творчество – это загадка, которую художник задает сам себе.
Искренность исповедующегося небес– корыстна.
После очищения истории ото лжи не обязательно остается правда, иногда – совсем ничего.
Перегоняя кого-либо, смотри: не пришлось бы от него убегать.
Чем ниже падаешь, тем меньше чувствуешь боль.
Некоторые ступени карьеры ведут на виселицу.
Объединяйтесь, люди! Смотрите: ноль – это ничто, но два ноля уже кое-что значат.
Тот, кто не разбирается ни в чем, может взяться за что угодно.
Электронный мозг будет думать за нас точно так же, как электрический стул за нас умирает.
Минутка конца света будет короче, чем слово творения.
Конституция государства должна быть такой, чтобы не нарушать конституцию гражданина.
Они хотят быть гражданами космоса, и клеймят позором космополитизм.
Мы будем блохами космоса, скачущими со звезды на звезду.
«Всегда возвращаются к первой любви». Может быть. Но каждый раз с другой целью.
Что устраняет силу тяготения? Сила привычки.
Трудно не оценить платную любовь. Ее цена обычно известна заранее.
Женщины – это садистки; они истязают нас муками, которые мы им причиняем.
Разбираюсь ли я в людях? Только в 2711-ти.
Будь люди по-настоящему велики, на свете было бы много места.
Людоед не пренебрегает человеком.
Считать ли это прогрессом, если людоед научился пользоваться ножом и вилкой?
Массовым должен быть читатель, а не искусство.
Одни говорят: «На уровне», другие: «На дне». Что ж, и те и другие правы – при таком мелководье.
И умершие лгут – устами живых.
В человеческой жизни есть перерывы. В автобиографиях.
Описание жизни человека, выдуманное им самим, является подлинным.
Даже из мечты можно сварить варенье, если добавить фруктов и сахару.
Мир не существует, а поминутно творится заново.
Его непрерывность – плод нехватки воображения.
А может быть, весь окружающий мир – лишь потемкинская деревня в ожидании ревизии какого-то демиурга?
Все на свете функционально, а особенно то, что решительно ничему не служит.
Творите мифы о себе – боги делали то же самое.
Помните: в каждом мифе есть зернышко истины, которое снова может стать нашим хлебом насущным.
Порой хочется молиться о существовании Бога!
Всегда обращайся к чужим богам. Они выслушают тебя вне очереди.
Он поставил все на одну карту. Вышла другая. И он выиграл – стал великомучеником.
Настоящий мученик тот, кому даже в этом звании отказывают.
Настоящий терновый венец долго носить нельзя: тернии обламываются.
Бывают почетные терновые венцы, с терниями только наружу.
Не загораживай путь к отступлению своим крестом!
Тот, кто говорит «мы», не имеет в виду себя.
Люди глухи к тому, что кричит в тебе громче всего.
А может, под властью людоедов была бы надежда на запретный сезон охоты на людей?
Не будем пытаться понять друг друга, чтобы друг друга не возненавидеть.
Часто одной только смелости мало, нужна еще наглость.
Надежда – это расчет вероятностей, который пишется перьями из крылышек ангелов.
Надежда – мать дураков, что не мешает ей быть прекрасной любовницей смелых.
Нужно идти с народом. Разве что сам народ ездит на автомобилях.
Когда народ гол, на него надевают смирительную рубашку.
Национализм может быть огромным. Но великим – никогда.
Напоминание: Национальное большинство не значит, что отдельный его представитель больше представителя национального меньшинства.
Стройте мосты от человека к человеку, разумеется, разводные.
Поженились одинокая с одиноким, будут плодить одиноких.
Оппозиционер. Поднимал тосты, держа кубок в стиснутом кулаке.
Расходовать оптимизм нужно умеренно, чтобы хватило до конца года.
Говори умно, враг подслушивает.
Повторяться каждый раз по-другому – не это ли есть искусство?
Заветная мечта попугая: повторять самого себя.
Игра слов – дешевка? Смотря что стоит на кону.
Если бы ангелы были остроумны, я поверил бы в поражение сатаны.
Ответственность любит комфорт и охотно возлагается на неприкосновенных.
Если ты открыл эликсир вечной жизни, запатентуй его сразу же. Иначе тебе нечего будет оставить наследникам.
Никогда не уступайте отчаянию – оно не держит своих обещаний.
Я бы ставил собачкам памятники. Чтобы им было на что задрать ножку.
На людскую память нельзя полагаться; на беспамятство, к сожалению, тоже.
Если бы знать шлягер иерихонских труб!
Музыканта можно убить чем попало, но мелодию только мелодией.
Рассказать содержание слова – писательское искусство.
Я пишу кровью из носа.
Иные писатели напоминают мне берлинских дамочек, которые, приставая к вам ночью на улице, мурлыкают по-кошачьи: «Я такая неукротимая…»
Пиррова победа – вот истинная виктория: одним махом избавиться от врагов и от своих.
Разговоры о погоде станут интересными при первых признаках конца света.
Неграмотные вынуждены диктовать.
Неграмотные проходят от А до Я быстрее, без алфавита.
Не следует со свечой искать девицу.
В начале была передовица, в конце некролог.
Золотник забот перевешивает тонну счастья.
Нравственную позицию мы всегда представляем себе вертикальной, безнравственную – горизонтальной. «Weshalb?» – спрошу я на языке Фрейда.
То, что нас можно обманывать снова и снова, внушает мне оптимизм.
Нет лучшего кляпа, чем официально разрешенный язык.
Ответственность любит комфорт и охотно возлагается на неприкосновенных.
Рассказать содержание слова – писательское искусство.
Сколько уж раз взламывали сокровищницу национального языка, чтобы его обогатить.
У каждой профессии особый жаргон. Политики свой навязали народам.
И резиновой палкой можно указывать путь.
У могильщиков не бывает мертвого сезона.
Поцелуй передавался из поколения в поколение путем устной традиции.
Истина обычно лежит посередине. Чаще всего без надгробия.
Еще никому не удавалось побить ложь оружием правды. Побороть ложь можно только еще большей ложью.
В девятнадцатом веке мало кто ожидал, что наступит двадцатый.
Труднее всего предсказать чье-либо прошлое.
Искусствоведы часто напоминают людей, которые знают химический состав запаха, не чувствуя аромата.
После премьеры иногда наступает такой катарсис, что дальнейшие представления лишаются смысла.
Возможно, и на пороге смерти прибита подкова счастья.
Слово «курва» утратило свою женственность, теперь это просто скурвившееся слово.
Я вижу его насквозь и поэтому знаю, кто за ним стоит.
Карьера человека во вселенной заставляет задуматься, нет ли у него случаем чьей-то протекции?
Говорят, изобрели абсолютно надежную противозачаточную пилюлю. Слишком поздно. Лучше бы она была косточкой в яблоке, которое змей предложил Еве.
Садизм нередко проявляется в отсутствии каких бы то ни было чувств.
Большое искусство – опоздать как раз вовремя.
На что мне «Путеводитель по аду»? Там изображен рай.
Жалобы на алкоголизм? А разве гражданам дали познать вкус нектара?
Ужасны расстрелы под Стеной Равнодушия.
Иногда поджигатели убеждены, что несли перед народом факел.
Держи язык за зубами – наготове.
Можно влюбиться из одной только ревности.
Французская революция показала наглядно, что проигрывают те, кто теряет голову.
Каждая вера приправляет свою манну по-разному.
Каждый режим в конце концов становится старым режимом.
Есть критики, считающие произведение автора эпиграфом к своей рецензии.
Хочешь встретить себя? Поезжай в чужой город.
Чтобы быть собой, нужно быть кем-то.
Шутовские колокольчики сбивают с толку собак Павлова.
Что знает зоолог, видевший животных лишь в зоопарке; что знают о человеке те, кто видел его лишь на свободе.
Кажется, у языка больше свободы после утраты зубов.
Те, кто носит шорты, пусть помнят, что в комплект входят еще удила и кнут.
Есть святые, житие которых начинается с канонизации.
Я бы хотел почитать «Жития канонизаторов».
У черта на рогах ореол держится лучше.
Дьявол не спит. С кем попало.
В горизонтальном положении мозг не выше других органов.
Когда я начинаю думать серьезно, я вижу, насколько комичен мир.
Будь у меня сила воли побольше, я бы сумел пересилить ее.
Чем темнее, тем легче быть звездой.
И слезы плывут по течению.
Океаны человеческих слез не были бы так огромны, не будь они так мелки.
Я верю в безупречно точную случайность.
Всем правит случай. Знать бы еще, кто правит случаем.
Когда отменят кару смерти, смерть не перестанет быть карой.
Смерть – это поза умершего человека.
Привыкнуть можно только к смерти других.
Скажи мне, над чем смеется народ, и я скажу тебе, за что он готов пролить кровь.
Человек задумывается о цели своего существования; возможно, устрицы задумываются о том же, если только им не открыл этого какой-нибудь официант.
Если бы сны продолжали друг друга, ах, сколько пришлось бы платить алиментов!
Угрызения совести нередко имеют причиной слишком добродетельную жизнь.
Всякий раз, когда я говорю «да», я заранее вижу, скольких «нет» мне это будет стоить.
Если бы можно было отослать смерть в рассрочку!
Приветствуй день вставанием!
Кто по горло сыт страхом, не голоден до впечатлений.
Уже при покачивании колыбели решается, куда склонится чаша весов судьбы.
Многие примирились бы с Судьбой, но Судьба тоже имеет кое-что сказать.
А может быть, счастье скрывается под каким-нибудь псевдонимом?
Некоторым для счастья недостает только счастья.
В доме повешенного не говорят о веревке. А в доме палача?
Драматург: чревовещатель души.
Слишком многие драматурги не понимают своей роли на сцене.
Обожаю мелодраму. Потому что я реалист.
Нужно очень много терпения, чтобы научиться терпению.
Техника техникой, но лифт ломается чаще, чем лестница.
Лицо толпы не нуждается в маске.
Те, кто сейчас на устах толпы, вскоре будут на ее языке, а потом на зубах.
Если выпить на брудершафт цикуту, это, пожалуй, уже на всю жизнь.
Проводятся эксперименты, которые должны показать, в каких политических условиях может жить человек.
Четыре драматических единства: единство времени, места, действия и морально-политическое единство.
Государство, заранее знающее даты смерти своих граждан, может вести в высшей степени плановое хозяйство.
Даже механизм диктатуры – не перпетуум мобиле.
А я утверждаю, что достаточно запустить в космос какую-нибудь точку опоры и приставить лестницу. Дорога на небеса открыта.
Трагедия? Сидел одинокий человек в пустой комнате.
Да здравствует черное прошлое Африки!
Есть трусы мозга и трусы сердца.
Стоило бы подумать о каре пожизненного заключения, усугубленного искусственным продлением жизни.
Можно было подумать, что в его голове несколько мозжечков.
Следы многих преступлений ведут в будущее.
Я охотнее слушаю сказки времен, уходящих в далекое прошлое, чем в далекое будущее.
Он создал школу невежества.
Я никогда не мог примириться с фактом.
Он годится, чтобы дробить философские камни.
Ах, эти доморощенные философы, что еще ни разу не умерли!
Следует отличать народное искусство от народно-демократического.
Не рассказывайте никому своих снов – что, если к власти придут фрейдисты?
В последнее время все больше входят в моду лисьи шубы. Хитрые эти лисицы!
Я не принадлежу к тем, кто, почитая крест, не видит на нем человека.
Он шел по трупам идущих к цели.
Не все мысли проходят через мозг, некоторые только через цензуру.
Можно ли это считать внутренней цензурой, если цензура у писателя в одном месте?
Наверно, царь Мидас проходил мимо креста Спасителя. Кругом золотые кресты.
И вход «homo» в пещеру был прогрессивным шагом, и выход из нее.
Тоже мне невидаль, канатоходец! Путь прямой, как натянутая веревка.
Невозможно остановить время: этого не допустит часовая промышленность.
Бог сотворил нас по своему образу и подобию. Но откуда уверенность, что он работал в реалистической манере?
Человеческое, слишком нечеловеческое.
Человеческое тело – один из самых распространенных костюмов на карнавале нелюди.
Человек с человеком веками ведут один монолог.
Не жди с мытьем ног до потопа!
Вера творит чудеса. По принципу взаимности.
Что лучше, «искусственное процветание» или естественная нищета?
Великая эпоха способна вместить внушительное число маленьких людей.
Некоторые юбилеи вызывают желание перелистать кодекс: не истек ли срок давности некоторых делишек?
Извращенцы! Языком насилуют грамматику.

Добавить комментарий